Амодей: ИИ даст 5–10% роста ВВП и 10% безработицу одновременно

«Такой комбинации мы почти никогда не видели». Так Дарио Амодей, CEO Anthropic, описывает сценарий, в который, по его мнению, индустрия вкатывается прямо сейчас: рост ВВП на 5–10% при одновременном росте безработицы до 10%. Заявление Амодей сделал на Всемирном экономическом форуме в Давосе, в интервью Wall Street Journal — и оно продолжает звенеть, потому что в обычной макроэкономике эти две метрики так не двигаются.

Что именно сказал

Амодей описал то, что он называет «nightmare scenario» — кошмарным сценарием. В его построении возникает «нулевой мир» — экономика на десять миллионов человек. Из них примерно семь миллионов сосредоточены в Кремниевой долине, ещё три миллиона рассыпаны по миру. Эта группа растёт по ВВП на 50% в год. Остальные — отстают и постепенно «отцепляются» от глобальной экономики в полном смысле слова.

«Я взволнован и встревожен», — сказал Амодей. — «Многие до сих пор не понимают, насколько большими будут изменения от ИИ, даже несмотря на то, что AI-инструменты расползаются по рабочим местам».

Самое жёсткое заявление пришло в другом интервью — о софте. Амодей сказал, что ИИ может сделать создание программного обеспечения «по сути бесплатным», что обрушит ценовые модели, на которых десятилетиями держится индустрия. Для CEO компании, которая продаёт ИИ-ассистентов разработчикам, это нетривиальное признание.

Почему 5–10% и 10% — не совмещаются интуитивно

Базовая макроэкономическая интуиция: если ВВП быстро растёт, спрос на труд тоже растёт, и безработица падает. Это эмпирически наблюдаемый закон Оукена, и для развитых экономик он держится десятилетиями. Сценарий Амодея — это другое: ИИ создаёт ценность, но не создаёт пропорционально много рабочих мест.

«Видимо, пришло время меньше беспокоиться о том, как бы не задушить рост, и больше — о том, чтобы все получили часть этого роста», — сказал Амодей. Он добавил, что это «отличается от доминирующего сейчас мышления». Намёк на правительство он сделал прямо: «Должна быть какая-то роль государства в макроэкономически большом перемещении труда».

Что говорят другие

Не все согласны. Дженсен Хуанг, CEO NVIDIA, в недавнем интервью прямо назвал такие прогнозы «слишком мрачными» и попросил лидеров индустрии быть «более внимательными» к тому, как они говорят о потенциальном влиянии ИИ. На стороне Хуанга — экономисты, которые указывают, что в реальных данных пока нет признаков масштабного вытеснения труда.

Сэм Альтман занимает промежуточную позицию. Недавно он сказал, что «AI washing» (когда ИИ выдают за объяснение всему подряд) — реальная проблема, но что вытеснение технологических работников всё-таки идёт. Just delayed, just delayed, — добавил он.

И есть консерваторы вроде Бернарда Арно: он сказал, что технологические революции всегда выглядят как трагедии для отдельных секторов и удачи для других, и за двести лет схема не изменилась.

Амодей в этом квартете — голос самой жёсткой кассандры. И он не отстраняется от ответственности: Anthropic тоже строит инструменты, которые автоматизируют программирование, support, аналитику. По его собственному признанию, лично он «больше не пишет код» — за него это делают модели Anthropic.

Что это меняет

Если Амодей хотя бы наполовину прав, главное последствие — политическое. Либеральная и консервативная элиты привыкли спорить о том, нужно ли государство больше или меньше. Сценарий «быстрый рост + высокая безработица» ломает эту рамку: рост есть, значит деньги в системе есть, но они распределяются не через рынок труда. Возникает запрос на новые механизмы редистрибуции — от UBI до фондов, владеющих долями в ИИ-компаниях.

Амодей сказал, что лично обсуждал эти риски с членами администрации Трампа. Он добавил, что согласен с большей частью AI Action Plan, который Белый дом опубликовал в июле 2025. Но добавил: «План недостаточно жёстко смотрит на вопрос распределения».

Для рынка труда в США это выглядит как двойной счёт. С одной стороны, Anthropic в собственном исследовании показал, что наибольший риск автоматизации — у программистов, аналитиков и контент-специалистов. С другой — Amodei говорит, что junior-позиции в этих профессиях исчезнут в горизонте 1–5 лет. Для тех, кто учит детей и принимает решения о карьере, это сигнал, который не получится игнорировать.

Что насчёт Anthropic

В отдельной ремарке Amodei провёл линию между Anthropic и другими лабораториями. По его словам, OpenAI и Google вынуждены «максимизировать вовлечённость», потому что их бизнес-модели — потребительские. Anthropic, ориентированный на корпоративный рынок, по его словам, может позволить себе быть «более ответственным».

Это удобный нарратив для компании, которая недавно показала 14 миллиардов годовой выручки и готовится к раунду на 30 миллиардов оценки. Но он не делает прогнозы Amodey неправдой. Лидер индустрии, заявляющий, что ИИ может удвоить рост ВВП и одновременно сломать рынок труда, — это не маркетинговая позиция. Это или искренняя оценка, или очень странный способ продавать продукт.

Что дальше

Конкретных предложений у Amodei немного. Он намекает на роль государства, ссылается на необходимость перераспределения и подчёркивает, что для развивающихся стран эта проблема может быть ещё острее. Но плана нет — и в этом часть проблемы. Индустрия, которая говорит о фундаментальной перестройке экономики, до сих пор не предложила, как эту перестройку организовать.

Пока что прогноз Amodey остаётся в категории «выслушать и засомневаться». Но если хотя бы половина окажется правдой, ближайшие пять лет покажут, что разрыв между объявлением победы над интеллектуальным трудом и фактическим устройством рынка труда — это не вопрос темпа. Это вопрос политической воли.