Обращение старения у людей: FDA одобрила первые клинические испытания

Двадцать лет назад Синъя Яманака открыл способ обнулить биологический возраст клеток — и получил за это Нобелевскую премию. С тех пор учёные пытались превратить открытие в работающую терапию. В феврале 2026 года FDA дало зелёный свет первому в истории клиническому испытанию эпигенетического репрограммирования на людях.

От слепых мышей к человеческим глазам

Компания Life Biosciences, сооснованная профессором генетики Гарвардской медицинской школы Дэвидом Синклером, получила разрешение FDA на проведение клинического исследования фазы 1. Препарат ER-100 — генная терапия, предназначенная для омоложения повреждённых клеток сетчатки у пациентов с открытоугольной глаукомой и неартериитной передней ишемической оптической нейропатией (NAION).

Предыстория этого решения начинается в 2020 году, когда лаборатория Синклера опубликовала в Nature результаты: модифицированные факторы Яманаки вернули зрение слепым мышам. С тех пор команда показала возможность обращения старения клеток, органов и тканей — включая глаза и мозг — на 75% всего за шесть недель.

Ключевая инновация — использование трёх из четырёх факторов Яманаки (Oct4, Sox2, Klf4) без c-Myc. Именно c-Myc связан с неконтролируемым ростом клеток и риском опухолей. Убрав его, исследователи добились «частичного репрограммирования» — клетки омолаживаются, но сохраняют свою специализацию. Как объяснил Синклер: если убрать M из формулы, клетку просто невозможно «откатить» слишком далеко назад.

Как работает терапия

ER-100 использует доксициклин-индуцибельную систему — врачи могут точно контролировать, когда гены активны, и при необходимости приостановить или прекратить лечение. Препарат вводится локально в глаз, что ограничивает системное воздействие.

На Всемирном правительственном саммите в феврале 2026 года Синклер представил концепцию широкой аудитории. Он сравнил старение с царапинами на CD-диске: «ДНК — это музыка. Когда мы молоды, музыка звучит прекрасно. Когда стареем — клетки не могут правильно прочитать ДНК. Они теряются, путаются, производят неправильные белки и заболевают. Мы можем отполировать этот диск — убрать царапины и переустановить программное обеспечение тела».

CEO Life Biosciences Джерри Маклафлин назвал одобрение FDA «переломным моментом для всей области биологии старения». Главный научный директор Шэрон Розенцвейг-Липсон подчеркнула, что доклинические исследования на приматах показали хорошую переносимость без системной токсичности.

Что будут измерять

Как первое в своём роде исследование, испытание прежде всего направлено на безопасность и переносимость. Учёные будут отслеживать иммунные реакции и офтальмологические эффекты, параллельно собирая данные о зрительной функции и здоровье сетчатки.

«На этом этапе успех — продемонстрировать, что ER-100 можно безопасно вводить пациентам. Любые сигналы улучшения визуальных параметров будут крайне обнадёживающими», — сказала Розенцвейг-Липсон.

Если первый этап покажет безопасную дозу, Life Biosciences планирует более масштабные испытания эффективности. Компания уже работает над применением технологии к заболеваниям печени (MASH) и рассматривает другие органы.

Экономика долголетия

Синклер привёл экономический аргумент: продление здоровой жизни всего на один год только в США может генерировать дополнительные $38 триллионов экономической стоимости за счёт повышения продуктивности. На фоне падающей рождаемости и сокращения рабочей силы у человечества два пути — заменить людей роботами или сохранить их здоровыми дольше.

«Мы узнаем в этом году — может быть, в ближайшие месяцы — работает ли обращение старения», — заявил Синклер.

Скептики не дремлют

Реакция в сообществе неоднозначная. Пост на Reddit набрал более 4300 голосов, но комментарии разделились. Скептики указывают на теломеры — без решения проблемы их деградации клеточное омоложение может быть ограниченным. Другие опасаются, что даже в случае успеха терапия будет доступна только богатым.

Научное сообщество более сдержанно: мышиные модели не всегда переносятся на людей, а путь от фазы 1 до одобренного препарата может занять годы. Но сам факт, что FDA дало «зелёный свет» без серьёзных возражений, говорит о том, что данные по безопасности были убедительными. Это первый шаг — но такой, которого ждали двадцать лет.