Люди пойдут путём лошадей: Goldman Sachs о будущем работы

В 1983 году нобелевский лауреат по экономике Василий Леонтьев задал неудобный вопрос: не повторят ли люди судьбу лошадей, когда тракторы вытеснили их из сельского хозяйства и транспорта? На этой неделе аналитики Goldman Sachs попытались ответить на этот вопрос в контексте AI-революции — и их выводы одновременно тревожат и обнадёживают.

Что говорит отчёт

Исследование с говорящим названием «How Concerned Should We Be About a Job Apocalypse?» подготовили аналитики Joseph Briggs и Sarah Dong. По их оценкам, искусственный интеллект способен автоматизировать около 25% всех рабочих часов в мире. Звучит пугающе, но дьявол — в деталях.

Автоматизация коснётся не целых профессий, а отдельных задач внутри них. Рутинная обработка данных, подготовка документов, первичный анализ — всё это AI уже делает быстрее человека. Но полное вытеснение работников — другая история.

По базовому сценарию Goldman Sachs, AI-революция приведёт к потере 6-7% рабочих мест в период активного внедрения технологий. Пиковый рост безработицы составит около 0.6 процентных пункта — это примерно миллион человек в масштабах американского рынка труда.

Кто в зоне риска

Наибольшему давлению подвергнутся офисные и интеллектуальные профессии. Административная работа, клиентская поддержка, юридический ресёрч, финансовые операции, часть инженерных и дизайнерских задач — всё это генеративный AI уже умеет делать на приемлемом уровне.

При этом профессии, требующие физического присутствия, ручных навыков или сложного человеческого суждения, пока остаются относительно защищёнными. Строительство, медицинские процедуры, ремесленные специальности — здесь AI скорее станет помощником, чем заменой.

Исторические параллели

Аналитики Goldman Sachs напоминают: технологические революции прошлого создавали больше рабочих мест, чем уничтожали. Только 40% современных работников заняты в профессиях, которые существовали 85 лет назад. Остальные 60% работают в сферах, которые просто невозможно было представить в 1940-х.

Том Ли из Fundstrat провёл показательную параллель с появлением замороженных продуктов в 1920-х годах. Если бы тогда существовал деловой телеканал, эксперты наверняка предрекали бы катастрофу: технология угрожала уничтожить 95% фермерских рабочих мест. Сельское хозяйство действительно сократилось с 40% до 2% рабочей силы — но на месте исчезнувших профессий возникли совершенно новые отрасли.

Сегодня более 6 миллионов человек работают в компьютерных специальностях, которых не существовало 30-40 лет назад. Ещё 8-9 миллионов заняты в гиг-экономике, электронной коммерции, создании контента и игровой индустрии.

Что это значит на практике

Главный вывод отчёта: бояться стоит не AI как таковой, а неспособности адаптироваться. Технология не уничтожит работу — она изменит её структуру. Задачи, которые можно алгоритмизировать, перейдут к машинам. Людям останется то, что требует творчества, эмпатии и принятия решений в условиях неопределённости.

Для работников это означает необходимость постоянного обучения. Владение AI-инструментами становится таким же базовым навыком, каким тридцать лет назад стало владение компьютером. Те, кто научится использовать AI для усиления своих компетенций, окажутся в выигрыше.

Для работодателей и государств — вызов другого порядка. Переходный период потребует массового переобучения, социальных программ и, возможно, переосмысления самого понятия занятости.

Выводы

Goldman Sachs рисует картину трансформации, а не апокалипсиса. Четверть рабочих часов действительно может быть автоматизирована, но это не означает исчезновения четверти профессий. Скорее — освобождение времени от рутины в пользу задач, где человек незаменим.

Главный риск — не в самой технологии, а в скорости её внедрения. Если общество не успеет адаптироваться, переходный период будет болезненным. Но история показывает: каждая технологическая революция в конечном счёте создавала больше возможностей, чем отнимала.

Леонтьев оказался прав в одном: роль человека как «фактора производства» действительно меняется. Но люди — не лошади. Мы умеем учиться, адаптироваться и создавать профессии, которых ещё не существует.